facebook
Дети

Я стала взрослой, когда поняла, что моя дочь с особенными потребностями

Если взрослая жизнь — это когда ты можешь самостоятельно жить и рассчитывать только на себя, тогда со мной это произошло в 23 года. Если это когда ты выходишь замуж, рождаешь ребенка и выплачиваешь ипотеку — со мной это произошло в 27, 33 и 35 соответственно.




Но, оглядываясь назад, теперь я знаю, что стала по-настоящему взрослой в то утро, когда посмотрела на своего прекрасного второго ребенка, которому было всего 6 недель от роду, и сильно почувствовала, что что-то с ней не так. Да, я стала взрослой в 36, в день, когда я знала сердцем, что у моей дочери серьезные особенные потребности.

Это было начало многих, многих походов к специалистам, врачам и учителям. Бесконечные консультации, которые начинались с «Я не думаю, что здесь что-то серьезное» и заканчивались «Здесь действительно все очень серьезно». Так много анализов и процедур, которые предполагали синдромы и заболевания, которые другие анализы потом опровергали. Пять МРТ, которые показали серьезные повреждения мозга, но ни один врач не мог сказать нам, что все это значило.

При этом у меня была маленькая девочка, которой я была нужна, чтобы помочь ей. Но я не могла. Несмотря на то, что многочисленные профессионалы заверяли меня, что с ней в итоге все будет в порядке, этого не было.

Я никогда не чувствовала себе более взрослой. Мы с мужем были ответственны за эту маленькую девочку. Ее будущее зависело от нас. Страх, что мы можем все испортить, временами переполнял нас.

Иногда описываю состояние Лизи, сравнивая ее с крутым компьютером, в котором есть все примочки. Но каждый раз, когда ты его включаешь, ты получаешь разный результат. Иногда он вообще не включается. Иногда он включается, но выдает информацию, которая не имеет никакого смысла. Есть дни, когда он может работать идеально час или два, а потом снова отключается.

До Лизи я верила, что у врачей и учителей всегда есть на все ответы, и если нет, мне просто нужно поискать лучшего специалиста. Я думала, что мне просто нужна хорошая страховка, поддержка семьи, муж, готовый работать так же сильно, как и я, и мы не только выясним, что не так с нашей девочкой, но и сможем вылечить ее.

Мои друзья и семья скажут, что я делала все, что могла, но как это может быть правдой, если я не смогла ей помочь? Мы с мужем начали заворачивать свою семью в кокон. Мы перестали делиться сложными аспектами состояния Лизи с нашими близкими. Я больше не могла терпеть взгляды жалости или комментарии, что я святая.

А я была злой. Я всегда могла решить любую проблему, которая появлялась на моем пути, почему же я не могла сделать этого тогда, когда это нужно было больше всего?

Я видела, как разбивается моя вера в то, что я всегда могу найти ответ и решение. Нужно лишь посмотреть новости или пролистать газету, чтобы увидеть, какие трудные и ужасные вещи случаются с людьми каждый день. Почему же я думала, что у меня есть к этому иммунитет? Что сделало меня такой особенной?

Каждый раз, когда я начинала думать «Почему я?», я сосредотачивалась на всем том, что у меня есть, о таких же семьях, как и мы, которые справляются с подобным и даже большим. Многие делают это, не имея таких ресурсов и поддержки, с которыми повезло нам.

Я перестала быть поглощенной поисками причины ее состояния и начала искать способы справиться с этим. Нам очень посчастливилось найти врача, который смог подобрать правильное сочетание лекарств, которые позволили Лизи даже пойти в школу и сидеть за столом вместе со всей семьей. Сегодня она посещает школы для детей с особенными потребностями, сегодня она счастливая 14-летняя девочка, которая любит принцесс, рисовать и музыку.

Сегодня я смотрю на все то, через что мы прошли и будет продолжать идти, воспринимая это как странное благословение. Я стала намного более сильной, понимающей взрослой, чем я когда-либо могла быть, если бы не была мамой особенной принцессы.

Кэти Рэдиган




Комментировать

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Последние новости

To Top