Разное

Мой побег из Северной Кореи: теперь я свободна

Активистка и писательница Хенсо Ли (Hyeonseo Lee) сбежала из тоталитарной Северной Кореи в 1997 году, и, прожив немного в Китае, обосновалась в Южной Корее, где и нашла свое счастье – но какой ценой…

«Я выросла в Северной Корее, потому думала, что мы самые великие люди на земле, которых ведет наш Великий Вождь. Так как наша страна была полностью отрезана от всего мира, мы ничего не слышали извне. У нас был только один телеканал, который показывал только пропаганду, и мы верили всему.

В 1995 году был страшный голод. Я видела, как люди умирают прямо на улицах передо мной. Эти мертвые тела оставляли просто под мостами или на железнодорожных станциях. Запах разлагающихся тел был везде. Мне было очень грустно, но мы не знали, что наши страдания из-за правительства. Я думала, что весь мир страдает так же, как и мы.

Я жила в Хесане, очень близко с границей с Китаем. Мне повезло, что я узнала правду. Мы смогли поймать китайские телеканалы, но были слишком далеко от местных властей, чтобы нас засекли. Когда было электричество, я закрывалась в комнате, закрывала толстым одеялом окно, чтобы не видно было света и смотрел китайское телевидение. Все, что я видела, было таким ярким, развитым, коммерческим и совершенно непохожим на то, о чем нам рассказывали. Но я не знала, реально ли то, что я вижу, или нет. Я думала, что это тоже может быть пропаганда.

Вид на КНДР из космоса. В стране почти нет  электричества

Вид на КНДР из космоса. В стране почти нет
электричества

У нас были хорошие отношения с пограничниками в нашем селе, они были нам как родственники. Они помогли мне бежать в 1997 году и я поехала жить к моим родным в Китае, в 10 часах езды от границы. Я была очень наивной, мне было 16 и я не знала определения слова «побег». Я просто хотела знать правду. Я очень старалась выучить китайский, каждый день посвящала этому по три часа. Я училась, чтобы выжить – это очень мотивирует. Когда меня поймали и стали допрашивать в полиции, я убедила их, что я китаянка.
[reclam]

Позже я получила настоящую китайскую ID-карточку, удостоверяющую личность, купив ее у умственно отсталой женщины. Но каждый раз, когда я видела полицейское авто, я боялась. Я была травмирована. Большинство перебежчиков не имеют понятия, куда идти, и часто продаются в Китай в качестве сексуальных рабов. Много лет моя китайская семья поддерживала меня, но они хотели отдать меня в брак по договоренности, потому я сбежала и стала работать официанткой. Там была крошечная зарплата, но я была так счастлива, это был первый раз, когда я чего-то добилась. В конце концов я сбежала в Южную Корею, а позже помогла выехать и моей семье.

Мое любимое место в Южной Корее – остров Чеджу, это тропический рай с песчаными пляжами, бирюзовой водой и великолепная система лавовых труб Геомунореум в подземных пещерах.

1115

Мне нравится забираться на гору Халла и пик Сонсан Ильчхульбон, у которого 99 острых скал, окружающих кратер на вершине, делая его похожим на гигантскую корону.

Здесь есть уникальная на Чеджу традиция «корейских русалок» — когда женщины без водолазного снаряжения ныряют в океан, чтобы собирать моллюсков и водоросли.

Моя любимая корейская еда – это вкуснейшая черная пятислойная свиная грудинка, приготовленная на угольном гриле. А еще шоколад Пукчеджу, цитрусовые и зеленый ароматный чай, известный по всей Корее.

Я очень счастлива в Южной Корее, у меня есть свобода, я могу путешествовать. Но я заплатила огромную цену. Я потеряла свой родной город, часть семьи, друзей. Когда миллионы людей живут в тюрьме в Северной Корее, я часто останавливаю себя и думаю: «Боже мой, как я могу быть счастлива?». Я мечтаю однажды туда вернуться – об этом мечтает и моя мама. Каждый день она плачет, потому что скучает по своим братьям и сестрам».

Этим стоит поделиться!

Последние новости

To Top